Неточные совпадения
— «А если б я, например, вздумал донести коменданту?» — и тут я сделал
очень серьезную, даже
строгую мину.
Так или почти так окончил Раскольников свою речь, часто прерывавшуюся восклицаниями публики, слушавшей, впрочем,
очень внимательно. Но, несмотря на все перерывы, он проговорил резко, спокойно, точно, ясно, твердо. Его резкий голос, его убежденный тон и
строгое лицо произвели на всех чрезвычайный эффект.
— А что ж, оно в
строгом смысле, пожалуй, что и среда, — с удивительною важностью заметил Порфирий, — преступление над девочкой
очень и
очень даже можно «средой» объяснить.
— Ну, как я рад, что добрался до тебя! Теперь я пойму, в чем состоят те таинства, которые ты тут совершаешь. Но нет, право, я завидую тебе. Какой дом, как славно всё! Светло, весело, — говорил Степан Аркадьич, забывая, что не всегда бывает весна и ясные дни, как нынче. — И твоя нянюшка какая прелесть! Желательнее было бы хорошенькую горничную в фартучке; но с твоим монашеством и
строгим стилем — это
очень хорошо.
— Да и я о тебе знал, но не только чрез твою жену, —
строгим выражением лица запрещая этот намек, сказал Вронский. — Я
очень рад был твоему успеху, но нисколько не удивлен. Я ждал еще больше.
— Да, это
очень дурно, — сказала Анна и, взяв сына за плечо не
строгим, а робким взглядом, смутившим и обрадовавшим мальчика, посмотрела на него и поцеловала. — Оставьте его со мной, — сказала она удивленной гувернантке и, не выпуская руки сына, села за приготовленный с кофеем стол.
Из двух баб, шедших за гробом, одна была
очень стара и бледна; неподвижные ее черты, жестоко искаженные горестью, хранили выражение
строгой, торжественной важности.
— Вперед, ребята, вперед! — раздались
очень бодрые и даже
строгие окрики. — Товарищи, — вперед!
Парнишка из богатой купеческой семьи,
очень скромный, неглупый, отличный музыкант, сестру его я тоже знал, — милейшая девица,
строгого нрава, училась на курсах Герье, серьезно работала по истории ренессанса во Франции.
Эти слова прозвучали
очень тепло, дружески. Самгин поднял голову и недоверчиво посмотрел на высоколобое лицо, обрамленное двуцветными вихрами и темной, но уже
очень заметно поседевшей, клинообразной бородой. Было неприятно признать, что красота Макарова становится все внушительней. Хороши были глаза, прикрытые густыми ресницами, но неприятен их прямой,
строгий взгляд. Вспомнилась странная и, пожалуй, двусмысленная фраза Алины: «Костя честно красив, — для себя, а не для баб».
— Это — правда, бога я
очень люблю, — сказал дьякон просто и уверенно. — Только у меня требования к нему
строгие: не человек, жалеть его не за что.
Дома его встречало праздничное лицо ‹девицы›. Она
очень располнела, сладко улыбалась, губы у нее
очень яркие, пухлые, и в глазах светилась неиссякаемо радость. Она была
очень антипатична, становилась все более фамильярной, но — Клим Иванович терпел ее, — хорошая работница, неплохо и дешево готовит, держит комнаты в
строгой чистоте. Изредка он спрашивал ее...
— Да, да, я так думаю! Правда? — спросила она, пытливо глядя в лицо его, и вдруг, погрозив пальцем: — Вы —
строгий! — И обратилась к нахмуренному Дмитрию: —
Очень трудный язык, требует тонкий слух: тешу, чешу, потесать — потешать, утесать — утешать. Иван
очень смеялся, когда я сказала: плотник утешает дерево топором. И — как это: плотник? Это значит — тельник, — ну, да! — Она снова пошла к младшему Самгину. — Отчего вы были с ним нелюбезны?
За столом, покрытым бумагами, сидели два человека: пожилой генерал, виду
строгого и холодного, и молодой гвардейский капитан, лет двадцати осьми,
очень приятной наружности, ловкий и свободный в обращении.
— Вытребеньки! — воскликнул
строгий допросчик. — Позвольте, милостивый государь, позвольте! — говорил он, подступая к нему и размахивая руками, как будто бы кто-нибудь его не допускал или он продирался сквозь толпу, и, приблизившись, принял Ивана Федоровича в объятия и облобызал сначала в правую, потом в левую и потом снова в правую щеку. Ивану Федоровичу
очень понравилось это лобызание, потому что губы его приняли большие щеки незнакомца за мягкие подушки.
Бe, поняв, в чем дело,
очень горячо стоял тоже за кассацию, живо представив товарищам картину суда и недоразумения присяжных, как он его совершенно верно понял; Никитин, как всегда, стоявший за строгость вообще и зa
строгую формальность, был против.
Разговор и здесь зашел о дуэли. Суждения шли о том, как отнесся к делу государь. Было известно, что государь
очень огорчен за мать, и все были огорчены за мать. Но так как было известно, что государь, хотя и соболезнует, не хочет быть
строгим к убийце, защищавшему честь мундира, то и все были снисходительны к убийце, защищавшему честь мундира. Только графиня Катерина Ивановна с своим свободолегкомыслием выразила осуждение убийце.
— Прошу покорно, садитесь, а меня извините. Я буду ходить, если позволите, — сказал он, заложив руки в карманы своей куртки и ступая легкими мягкими шагами по диагонали большого
строгого стиля кабинета. —
Очень рад с вами познакомиться и, само собой, сделать угодное графу Ивану Михайловичу, — говорил он, выпуская душистый голубоватый дым и осторожно относя сигару ото рта, чтобы не сронить пепел.
Только, как самый жестокий европеец
очень кроток, самый трусливый
очень храбр, самый сладострастный
очень нравствен перед китайцем, так и они: самые аскетичные из них считают нужным для человека больше комфорта, чем воображают люди не их типа, самые чувственные
строже в нравственных правилах, чем морализаторы не их типа.
— Я не могу вам дать позволения, — сказал он, — ваш родственник au secret. [под
строгим арестом (фр.).]
Очень жаль!
Очень важно в практическом отношении, чтобы оценка пищевых порционов какой-либо группы населения начиналась не с количественного, а качественного их анализа, и при этом изучались бы естественные и бытовые условия, при которых эта группа живет; без
строгой же индивидуализации решение вопроса будет односторонне и убедительно, пожалуй, для одних только формалистов.
— Уж
очень он, Василий Васильевич, со мной
строгий, и ничего я не понимаю, что он говорит, и я больше не хочу с ним учиться.
О ее игре я имел разговор тогда с Писемским. Он ходил смотреть Ристори и
очень метко оценивал ее игру. Он был еще
строже и находил, что у нее нет настоящего темперамента там, где нужно проявлять страсть, хотя бы и бурную.
Между нами, связанными тяжелыми воспоминаниями о моей
строгой парижской рецензии, сразу же завязался
очень живой разговор.
В университете я бывал на лекциях Моммсона и Гнейста. Вирхов читал микроскопическую анатомию в клинике. Меня водил на его лекции Б. И раз при мне случилась такая история. Б. сидел рядом с ассистентом Боткина, покойным доктором П., впоследствии известным петербургским практикантом. Они о чем-то перешепнулись. Вирхов — вообще
очень обидчивый и
строгий — остановился и сделал им выговор.
Автор рецензии
очень сочувственно отнесся ко мне как молодому беллетристу; но самую личность героя она подвергла довольно
строгому моральному анализу, найдя, что он только"сентиментальный эгоист".
В репертуаре русского театра не было перемены к лучшему. Островский ставил по одной пьесе в год и далеко не лучшие вещи, к которым я как рецензент относился — каюсь — быть может,
строже, чем они того заслуживали, например, хотя бы к такой вещи, как"Лес", которую теперь дают опять везде, и она
очень нравится публике.
Очень может быть, что этот старик не был ни строг, ни задумчив, но его красные веки и длинный, острый нос придавали его лицу
строгое, сухое выражение, какое бывает у людей, привыкших думать всегда о серьезном и в одиночку.
Старик и говорил так, как будто было
очень холодно, с расстановками и не раскрывая как следует рта; и губные согласные выговаривал он плохо, заикаясь на них, точно у него замерзли губы. Обращаясь к Егорушке, он ни разу не улыбнулся и казался
строгим.
Пепел. Полюбишь — не бойся! Я тебя приучу к себе… ты только согласись! Больше года я смотрел на тебя… вижу, ты девица
строгая… хорошая… надежный человек…
Очень полюбил тебя!..
Долго говорила она; ее слова, нежные и грозные, ласковые и
строгие и всегда убедительные, ее слезы о моем упрямстве поколебали меня: я признавал себя виноватым перед маменькой и даже дяденькой, которого
очень любил, особенно за рисованье, но никак не соглашался, что я виноват перед Волковым; я готов был просить прощенья у всех, кроме Волкова.
Но для того, чтоб могли случиться такие
строгие и возмутительные наказания, надобно было самой барыне нечаянно наткнуться, так сказать, на виноватого или виноватую; а как это бывало
очень редко, то все вокруг нее утопало в беспутстве, потому что она ничего не видела, ничего не знала и
очень не любила, чтоб говорили ей о чем-нибудь подобном.
— Известно как замужем. Сама хорошо себя ведешь, так и тебе хорошо. Я ж мужа почитала, и он меня жалел. Только свекровь
очень уж
строгая была. Страсть какие они были суровые.
Азаис доказывал (
очень скучно), что все в мире наверстывается; разумеется, чтоб верить этому, не надобно быть слишком
строгим и придираться к мелочам.
— Не думаю-с! — возразил Савелий Власьев. — Он тоже
очень жалуется на них, иззнобила она его по экому морозу совсем. Тоже вот, как он говорил, и прочие-то кучера, что стоят у театра, боже ты мой, как бранят господ!.. Хорошо еще, у которого лошади смирные, так слезть можно и погреться у этих тамошних костров, но у Катерины Петровны пара ведь не такая;
строже, пожалуй, всякой купеческой.
Приятель мой Милорадович некогда передавал мне, что когда он стал бывать у Екатерины Филипповны, то старику-отцу его это
очень не понравилось, и он прислал сыну
строгое письмо с такого рода укором, что бог знает, у кого ты и где бываешь…
— Наша должность, ваше благородие, осмелюсь вам доложить, даже
очень довольно
строгая. Смотрите, примерно, теперича хоть вы, или другой кто: гуляет, мол, Федор, в баклуши бьет! А я, между прочим, нисколько не гуляю, все промежду себя обдумываю. Как, значит, кому угодить и кому что, к примеру, требуется. Все это я завсегда на замечании держать должен. К примеру, хошь бы такой случай: иной купец сам доходит, а другой — через прикащиков.
Его перевели в один из скитов монастыря, где он, под
строгим надзором, наконец, исправился совершенно. До конца жизни своей он получал триста рублей пенсии и в последние годы своей жизни все деньги раздавал братии, неимущим, а сам вел
очень суровую,
строгую жизнь.
— И Неведомова позовите, — продолжал Салов, и у него в воображении нарисовалась довольно приятная картина, как Неведомов, человек всегда
строгий и откровенный в своих мнениях, скажет Вихрову: «Что такое, что такое вы написали?» — и как у того при этом лицо вытянется, и как он свернет потом тетрадку и ни слова уж не пикнет об ней; а в то же время приготовлен для слушателей ужин отличный, и они, упитавшись таким образом вкусно, ни слова не скажут автору об его произведении и разойдутся по домам, — все это
очень улыбалось Салову.
У Николая Силыча в каждом почти классе было по одному такому, как он называл, толмачу его; они обыкновенно могли говорить с ним, что им было угодно, — признаваться ему прямо, чего они не знали, разговаривать, есть в классе, уходить без спросу; тогда как козлищи, стоявшие по углам и на коленях, пошевелиться не смели, чтобы не стяжать нового и еще более
строгого наказания: он
очень уж уважал ум и ненавидел глупость и леность, коими, по его выражению, преизбыточествует народ российский.
Княгиня происходила из
очень нравственного семейства, сама была воспитана в
строгих, почти доходящих до пуризма, правилах нравственности.
— Зачем же, папаша, мы ездим в Воздвиженское? Там
очень скучно!.. — проговорил почти
строгим голосом Павел.
Расхрабрившись, она даже показала ему язык и
очень смутилась, когда встретила
строгий взгляд Таисьи.
Этот Маврикий Николаевич был артиллерийский капитан, лет тридцати трех, высокого росту господин, красивой и безукоризненно порядочной наружности, с внушительною и на первый взгляд даже
строгою физиономией, несмотря на его удивительную и деликатнейшую доброту, о которой всякий получал понятие чуть не с первой минуты своего с ним знакомства. Он, впрочем, был молчалив, казался
очень хладнокровен и на дружбу не напрашивался. Говорили потом у нас многие, что он недалек; это было не совсем справедливо.
Славные люди были в конторе, служившие еще в старом доме. Ф.В. Головин, главный бухгалтер, тогда еще совсем молодой человек,
очень воспитанный, сама доброта и отзывчивость, С.Р. Скородумов, принимавший объявления, Митрофан Гаврилов,
строгого солдатского вида, из бывших кантонистов, любимец газетчиков и наборщиков, две славные, молчаливые барышни, что-то писавшие, — и глава над всем, леденившая своим появлением всю контору, Ю.Е. Богданова, сестра одного из пайщиков, писавшего статьи о банках.
Современное сознание одержимо идеей «научной» философии, оно загипнотизировано навязчивой идеей «научности» [
Очень характерна для научных стремлений современной философии статья Гуссерля «Философия как
строгая наука» в «Логосе» (1911 г.
Во-первых, я должен был указать ему, что ныне начальство
строгое и никаких территориальных усовершенствований ради него, бесшабашного советника, в Вятской губернии не допустит; во-вторых, я вынужден был объяснить, что хотя и действительно слыхивал о полезных лесочках в Вятской губернии, но это было уж
очень давно, так что теперь от этих лесочков, вероятно, остались одни пеньки.
Первый портрет — 1877 года, когда ей было двадцать пять лет. Девически-чистое лицо,
очень толстая и длинная коса сбегает по правому плечу вниз. Вышитая мордовская рубашка под черной бархатной безрукавкой. На прекрасном лице — грусть, но грусть светлая, решимость и глубокое удовлетворение. Она нашла дорогу и вся живет революционной работой, в которую ушла целиком. «Девушка
строгого, почти монашеского типа». Так определил ее Глеб. Успенский, как раз в то время познакомившийся с нею.
Когда ей было уже за тридцать, ей предложили место классной дамы. Разумеется, она приняла с благодарностью и дала себе слово сделаться достойною оказанного ей отличия. Даже старалась быть
строгою, как это ей рекомендовали, но никак не могла. Сама заводила в рекреационные часы игры с девицами, бегала и кружилась с ними, несмотря на то, что тугой и высокий корсет
очень мешал ей. Начальство, видя это, покачивало головой, но наконец махнуло рукой, убедясь, что никаких беспорядков из этого не выходило.
Прерогативы власти — это такого рода вещь, которая почти недоступна вполне
строгому определению. Здесь настоящее гнездилище чисто личных воззрений и оценок, так что ежели взять два крайних полюса этих воззрений, то между ними найдется
очень мало общего. Все тут неясно и смутно: и пределы, и степень, и содержание. Одно только прямо бросается в глаза — это власть для власти, и, само собой разумеется, только одна эта цель и преследуется с полным сознанием.